Для многих пожилых людей, лишившихся полового партнера, мастурбация становится единственным приемлемым способом сексуального удовлетворения. В этой модели аутомоносексуализма наиболее отчетливо проступает динамика возрастного регресса сексуальности. В псевдосексуальной стадии частота ранее установившейся мастурбаторной практики не снижается. С переходом в романтическую стадию частота и интенсивность мастурбации постепенно уменьшается до некоторого уровня и задерживается на нем за счет постепенного сокращения других форм активности. В псевдоплатонической стадии частота мастурбации остается некоторое время неизменной за счет разнообразия ее техники и аранжировки, а затем постепенно снижается, причем в структуре мастурбаторной активности появляется все больше фрустрационных форм, то есть псевдомастурбации.
В псевдоплатонической стадии с годами танцы становятся преобладающей формой сексуально окрашенного телесного общения. Платоническая безадресная галантность и редкие эротические сновидения часто являются способом компенсации нереализованных в прошлом сексуальных потребностей. Вечерние посиделки пожилых людей, их спевки в клубе или собрания по интересам, встречи на танцевальных вечерах постепенно вытесняют парные романтические свидания, вызывающие сильное волнение, особенно при встречах с бывшими партнерами или супругами.
Платонический фон регрессивно-общинных отношений позволяет старикам не чувствовать себя одинокими, поделиться воспоминаниями, выслушать собеседника, дать совет и поспорить, что, в конечном итоге, приносит чувство стабильности, удовлетворения, покоя, веры в необходимость своего существования. Гармоничная старость, прохождение всего жизненного цикла с чувством сексуальной полноценности, стоят того, чтобы испытать и пережить все превратности судьбы, и сохранить достойную сексуальную активность на собственном веку.
Удовлетворенность жизнью и успешное приспособление к возрасту старения зависит от множества факторов. Хотя большинство пожилых считает, что в старости жизнь тяжела, но себя и своих друзей они исключают из этого правила. В древнем Китае в трактате «Дун сюань цзы» («Трактат проникшего в тайну») по поводу смысла жизни говорится: «Из мириада вещей, созданных Небом, самое драгоценное – человек. Из всех вещей, дарующих человеку благоденствие, ни одна не сравнится с интимной близостью. В ней он следует Небу и копирует Землю, упорядочивает Инь и управляет Ян. Те, кто постигает ее значение, смогут напитать свою природу и продлить свою жизнь; те, кто упустит подлинное ее значение, нанесут себе вред и умрут прежде времени».
Откровения китайских мыслителей созвучны с современными подходами к старости. Например, в элевационной концепции механизма развития, старения и возрастной психологии В. Дильмана (1975) к системам, изменяющим уровень функционирования, в зависимости от возрастного этапа относятся три основные гомеостатические системы – энергетическая, адаптационная и репродуктивная. В других теориях говорится о приспособлении, в котором постулируются качественные сдвиги в развитии по мере старения. В третьих – указывается на непрерывность и преемственность в развитии личности и способов совладающего поведения (Г. Крейг, 2003). По Э. Эриксону, основными задачами развития в старости являются сохранение идентичности и целостность эго против отчаяния. Поэтому, не напрасная половая активность проявляется, прежде всего, в решении репродуктивных задач в зрелости, а лишь затем, в старости, – в гедонистической и других функциях сексуальности.
На протяжении всей жизни на сексуальное поведение влияют установки и ценности человека. Современные пожилые люди, населяющие Россию, выросли во времена негативного отношения к сексуальности, и многие из них сохранили приобретенные тогда представления до преклонного возраста, в котором эти представления могут стать самоисполняющимися пророчествами. Результаты исследований подтверждают, что негативное отношение к сексу среди пожилых людей сочетается с относительно ранним прекращением сексуальной активности. К несчастью, в нашем обществе за все постсоветские годы так и не сложилось культуры обращения за психологической и сексологической помощью лиц преклонного возраста. Систематического сексуального образования нет не только для пожилых, но и молодых семейных пар. В гулких коридорах власти еще обитают призраки военного коммунизма, согласно которым сексуальное образование является диверсией западных спецслужб, чтобы разрушить устои нашего общества и православную веру, сделать наших жен и дочерей проститутками и отнять наши нефтегазовые резервы. Как ни странно, эти бредоподобные установки разделяют некоторые не профессиональные сексологи, разделяющие конспирологические конфабуляции и стремящиеся выслужиться перед властью. Казалось, что в эпоху Интернета нет никаких ограничений в информации, тем более, что в России число пользователей перевалило за 50 млн. человек. Но желтая пресса и толстые глянцевые журналы вбивают в сознание культ молодости и сексапильности, не оставляя пожилым надежды на счастье и вербуя из них врагов секса.
В каждом возрасте есть свои прелести жизни, а зрелость и грамотность в сексуальном плане наверняка более привлекательна и интересна сексуальному партнеру-ровеснику. Лояльные правила в учреждениях для лиц преклонного возраста способствуют увеличению возможностей для физического и эмоционального контакта (флирт, кокетство), создают более здоровую и жизнерадостную атмосферу (танцы, прогулки, экскурсии, совместное общение за обеденным столом) и вызывают существенные улучшения качества пожилых людей.
Исследования сексуального поведения пожилых людей показывают, что частота половых контактов поступательно сокращается по мере старения. Однако, интенсивность половых актов не может считаться точным критерием оценки сексуальной активности в пожилом возрасте. Мнение о том, что лишь половой акт является «правильным сексом», зашоривает сознание, не позволяя ему реализовать сексуальность во всей полноте. По образному выражению профессора психологии и сексологии Гэри Ф. Кэлли: «Всем нам есть чему поучиться у пожилых людей, понимающих, что близость – это нечто большее, чем соединение и трение гениталий. Они понимают, что физическое удовольствие может доставлять само чувство близости».
Инволюционный период включает в себя этапы выхода на пенсию, вдовство, наступление старости. Старея, люди вольно или невольно начинают считать оставшееся им время жизни, и индивидуальная реакция на старение каждого проявляется в конкретных переживаниях личности в этом периоде. Но, данный онтогенетический этап, прежде всего, характеризуется угасанием и абстиненцией. Сексуальный механизм человека как бы срабатывается и постепенно приходит в упадок. Износу подвергаются все ткани и системы организма, задействованные в половой жизни. Исходя из теории генетического запрограммированности старения, биологические часы жизни рано или поздно должны остановиться.
Итак, в инволюционном периоде секс воспринимается как неотъемлемая часть здорового образа жизни, пусть потребность в нем и уменьшается с годами, а качество половой жизни в этот период снижается. Характерными соматосексуальными проявлениями старения являются: климакс и менопауза; атрофия половых органов; снижение качества эрекции; отсутствие эксцессов; увеличение времени полового сношения; проведение полового акта без оргазма и эякуляция. В динамике психосексуальных реакций наблюдаются три последовательные стадии регресса либидо: псевдосексуальная, романтическая и псевдоплатоническая. Основной задачей социосексуальной активности в инволюционном периоде остается поддержание социальных связей и партнерских отношений.
Заключение
Поступательная динамика трех составляющих онтогенеза сексуальности: соматосексуальной, психосексуальной и социосексуальной, наиболее полно отражает изменение сексуальности человека на протяжении его жизни и является одним из критериев нормы, то есть сексуального здоровья. Несмотря на то, что этот критерий не нашел прямого отражения в определении сексуального здоровья экспертами ВОЗ, он играет все большую роль в современной жизни. При этом каждая составляющая имеет собственные отличия, специфику, тенденции и характерные особенности. Например, соматосексуальная составляющая в первые двадцать лет жизни отражает прогрессивные тенденции развития, а в конце жизни меняет их на регрессивную направленность в связи с физическим увяданием организма. Психосексуальная и социосексуальная составляющие постоянно поддерживают вектор прогрессивного развития: приобретенная с годами мудрость, опыт человеческого общения и другие факторы жизни, как правило, характеризуются позитивной направленностью даже при столкновении с возрастными и семейными кризисами.
